ЗакрытьСookie и политика конфиденциальности

Этот сайт использует cookie. Чтобы узнать больше об их использовании, нажмите здесь.Чтобы удалить это сообщение и подтвердить согласие на использование cookie на данном сайте нажмите "X"

Омский государственный
аграрный университет
имени П.А. Столыпина

24.09.2019

Детство, опаленное войной. Колычев Николай Матвеевич

image001.pngimage001.jpgНиколай Матвеевич Колычев родился 12 января 1940 года. В 1959 году окончил школу рабочей молодежи, работал сначала строителем, а затем электромонтером. В 1960 году поступил в Омский государственный ветеринарный институт, который окончил в 1965 году. После окончания вуза два года проработал главным ветеринарным врачом в совхозе «Князевский» Называевского района Омской области. Затем была учеба в аспирантуре, защита кандидатской диссертации (1971 год), защита докторской и получение ученого звания профессора (1984-1985 гг.). Работал ассистентом, старшим преподавателем, заведующим кафедрой микробиологии Омского государственного ветеринарного института, ректором Омского государственного ветеринарного института (1985-1994 гг.). В 1994 году был избран ректором Омского государственного аграрного университета. В этой должности Николай Матвеевич проработал до 10 января 2010 года. 

Н.М. Колычев – Заслуженный деятель науки РФ, награжден орденом Почета, золотой медалью «За особые заслуги перед Омской областью», имеет звание «Почетный работник высшего профессионального образования», Почетный генерал-майор ветеринарной службы, Почетный ректор ОмГАУ. Автор более 300 научных трудов, в том числе шести монографий, пяти патентов на изобретения и более 10 учебников и учебных пособий. Им подготовлено 34 кандидата и 5 докторов наук. В настоящее время находится на заслуженном отдыхе. 

Я родился в 1940 году на станции Омутинка, которая расположена вдоль железной дороги из Тюмени в Омск. Говорят, что когда меня, закутанного в тулуп, на санях везли из районного роддома в деревню Слобода, где в то время с моими бабушкой и дедушкой жила мать, воробьи на лету замерзали. Впрочем, такая студеная, как в январе 1940 года, зима в нашем лесостепном сибирском крае – не редкость.

image005.jpg

Бабушка Прасковья Никитична и дедушка Егор Никифорович 

image007.jpg

Отец и мать, март 1939 года

Все мои предки – переселенцы из европейской части России. Деда со стороны матери трехлетним ребенком привезли в Сибирь из Ростовской области. А предков со стороны отца, среди которых были бояре и даже историческая личность – митрополит Колычев, как оппозиционеров, выдворили из столичных мест опричники царя Ивана Грозного. Впрочем, на голубую кровь я не претендую, хотя весьма интересуюсь своей древней родословной. 

Тюменская Слобода (параллельно ходило и другое название – Свобода) представляла деревню в одну улицу – центр колхозной жизни. Помню, как председатель колхоза гонял нас за мелкие проказы на полях, когда мы добывали картошку или горох. 

Моё детство совпало с предвоенным, военным и послевоенным лихолетьем. 

image011.png

Отец, Матвей Степанович (в центре) 

image009.png

Маме, Вере Егоровне, 18 лет, Коле – 8 месяцев 

Конечно, трудно жилось в те годы. Отец, Матвей Степанович сначала служил на Дальнем Востоке. Захватил финскую войну. А во время боевых действий на германском фронте ему оторвало ногу. Тем не менее, он оставил нас с матерью, Верой Егоровной, которая добывала хлеб свой на «железных конях», то есть работала многие годы трактористкой. Война, мужики на фронте. Все колхозные работы тянут женщины и дети. 

image013.pngДетство прошло в доме дедушки с бабушкой, умудрявшейся из небольших скудных горстей муки, огородных припасов – моркови, свеклы, картошки, капусты – что-нибудь приготовить. Лебеду мы не ели, но хлеба никогда не хватало. Корову держали, но и молока мало оставалось себе, потому что приходилось сдавать на молоканку. Дедушка на лошадях, запряженных в бричку, доставлял фляги на маслозавод в село Ситниково. До сих пор помню вкус Ситниковской сгущенки – знаменитой, как ныне Любинская. Не частый, но самый любимый гостинец в детстве. 

Возвращаясь каждый год в Слободу, побывав на деревенском погосте, где покоится прах дедушки Егора Никифоровича и бабушки Прасковьи Никитичны Захаровых, я написал эти строчки: 

Детство ушло далеко-далеко, 

Его различить невозможно, 

Но что-то щемит, и в груди нелегко, 

И на душе так тревожно… 

Мы – осиротевшие дети того поколения, которое на две трети было уничтожено Второй мировой. 

Воспитание рыбьим хвостом

В лихие военные годы жителей нашей округи выручала рыба, хотя щуку и карася у нас считали сорной рыбой. Тем не менее, однажды мы с друзьями потихоньку натаскали из рыбачьих коробов карасей, которых тут же поделили. Приношу я полведра своей «добычи» домой, а дед сразу пристает: «Где взял?». Не добившись вразумительного ответа мой наставник сразу отхлестал меня по лицу самым крупным карасем. После этого за руку сводил повиниться к рыбакам, оплатил им ущерб, дома заставил бабку зажарить карасей, а меня съесть их. При этом приговаривал: «Чтоб когда-то ты ещё раз…». И на всю жизнь отшиб тягу к воровству! 

Ребенок учится тому, 

Что видит у себя в дому. 

А коль не видит ничего, 

Так что же спрашивать с него? 

Почти пять лет длилась проклятая народом война. Слава Богу, закончилась. Оставшиеся в живых возвращались домой. Деревня заметно ожила. Вечерами всё чаще играла гармошка, люди плясали, пели, стали жизнерадостными, дружными, веселыми, трудились не покладая рук. Стали отмечать праздники, знаменательные в жизни даты. Оживилась и детвора, однако и работа для них находилась: косили и сгребали в валки сено, возили, чаще на быках, чем на лошадях копны, из которых взрослые метали зароды (стога). Участвовали в заготовке дров, грибов, ягод и других лесных даров, помогали по дому. Одним слово, что такое труд знали не понаслышке, потому росли не белоручками и умели многое делать самостоятельно. Война отняла у нас, если можно так выразиться, детство, которого у современных детей больше, чем нужно, а обычного, простого жизненного опыта мало или вовсе нет. Мы получали бесценные навыки коммуникации, самостоятельности, заботы и любви, и дай Бог, чтобы никогда не повторилось… То было наше время, такая нам досталась доля… 

В 1946 году я пошел в первый класс Слободской школы, где учились всего шесть человек в «разных» классах у одной учительницы Анны Владимировны Петровой, которая прививала нам любовь к чтению. Эта привычка сохранилась у меня до настоящего времени. Чтение, попытка самому написать или сочинить стихотворение, басню, четверостишие помогало расширить мой умственный кругозор за пределами учебной программы. 

Окончив четырехлетнюю школу в Слободе, я «кочевал» с матерью и учился в разных школах. 

image015.jpg

7-й класс Омутинской средней школы (Н. Колычев – третий слева) 

С восьмого класса я ушел, что называется «в люди»: учился в горно-геологическом техникуме в Алапаевске (Свердловская область), а когда его «разогнали» - в Нижне-Тагильском горно-металлургическом техникуме, но и его заканчивать не стал. 

Вернулся в с. Омутинское, где жили моя мать, дедушка и бабушка. Им надо было помогать и я пошел работать на стройку. Моя строительная карьера двигалась быстро: поначалу неделю копал лопатой землю под фундамент, потом перевели работать десятником. А через месяц, видимо оценив мое усердие, предложили снабженческую должность. 

Случилось работать мне и электромонтером: «тянул» линию электропередач в родную деревню Слободу, зажигал «лампочки Ильича» в домах своих земляков. Созидательное было время! 

Одновременно учился в 11-м классе вечерней школы рабочей молодежи. Мечтал об армии, но призыв все откладывался. Пользуясь канителью с моим призывом в армию, отправился я со старшими ребятами в Омск на учебу. Мне всегда хотелось учиться.. 

Признаюсь, технику особо никогда не любил. Может быть, поэтому выбрал для себя ветеринарный институт, хоть особых предпосылок тоже не было. Как деревенский житель я всегда убирал за животными, кормил и поил их. Одним словом, дело было знакомое, относился к домашнему скоту как к своим пациентам. И хотя в голове витала мысль стать геологом, судьба распорядилась иначе: я стал студентом ветеринарного института, учеба в котором связана и с практикой на селе, и с поездками на сельхозработы. 

image017.jpg

Н.М. Колычев, студент второго курса Омского ветеринарного института, 1961 год. 

Дипломированным ветеринарным врачом я продолжил мою деревенскую жизнь, о которой ничуть не жалею. 

Путь мой можно обозначить пунктиром: студент, практикующий ветврач, аспирант, ассистент, старший преподаватель, доцент, профессор, завкафедрой, проректор, ректор. 

image019.jpg

Н.М. Колычев, 1990-е годы. 

Хочу заметить, что моё ректорство совпало с тяжёлым временем перестройки. Это был обвал привычной государственной системы, экономики, который больно ударил и по высшему образованию. Казалось бы, выживем – уже хорошо. Но мы не только выжили, но и создали Омский государственный аграрный университет, который стал региональным центром науки и образования для агропромышленного комплекса. В какой-то степени я связываю наши успехи с тем, что мотором университетской жизни было военное и послевоенное поколение. Они самой жизнью, воспитанием были призваны строить грандиозное, замечательное! Их кредо – созидание… Их жизнь прожита не зря! 

В 2008 году я написал книгу «Четверть века и вся жизнь», в которой поделился с читателями воспоминаниями, наблюдениями и мыслями о прошлом и настоящем, о людях с которыми встречался в своей жизни. Желающие могут её прочесть. 

 Н.М. Колычев




Возврат к списку