ЗакрытьСookie и политика конфиденциальности

Этот сайт использует cookie. Чтобы узнать больше об их использовании, нажмите здесь.Чтобы удалить это сообщение и подтвердить согласие на использование cookie на данном сайте нажмите "X"

Омский государственный
аграрный университет
имени П.А. Столыпина

Детство, опаленное войной. Кобяков Иван Демидович 06.05.2019

Детство, опаленное войной. Кобяков Иван Демидович

доктор технических наук, профессор

image003.jpgИ.Д. Кобяков – инженер-механик, доктор технических наук, профессор. Список научных трудов И.Д. Кобякова содержит более 250 наименований. Им получено более 30 авторских свидетельств и патентов. На областном телевидении им проведено более 200 передач, посвященных сельскому хозяйству. И.Д. Кобяков является инициатором создания музея культуры и быта крестьян Сибири. 

За многолетний творческий труд в 1995 году ему было присвоено звание лауреата журнала «Земля сибирская, дальневосточная». В 1999 году Указом Президента Российской Федерации И.Д. Кобякову присвоено почетное звание «Заслуженный изобретатель Российской Федерации». 

Предлагаем Вашему вниманию воспоминания Ивана Демидовича Кобякова, опубликованные в газетах «Кировец» (4 мая 1995 г.) и «Неделя» (18 мая 2005 г.). 

 «…Что может помнить ребенок? Наверное то, что его более всего поражало, и то, что было повседневно.

Кобяков Иван Демидович родился в 1936 году в многодетной семье из 13 человек в деревне Шарып Шушенского района Красноярского края. Отрывки из его воспоминаний мы предлагаем вашему вниманию, наверное, для многих детей того голодного времени они совпадут с собственными. Тогда жизнь была одинаковой для всех, у кого чуть получше, а у кого похуже, потому что одна на всех и беда. 

Зимой не то 42-го, не то 43-го года, долгими ночами мать чистила доморощенную картошку, из которой делали лапшу, а потом ее сушили. Сами же картошку не ели. Кушать можно было только картофельные очистки. Их варили, сушили, делали из них муку. Хлеб из такой муки был очень горьким на вкус. В огороде садили кукурузу, но все семена забирал уполномоченный. Полученного урожая не хватало, чтобы с ним полностью рассчитаться. Нам же оставались вылущенные початки. Мы их рубили, отвозили на мельницу и мололи муку, из которой готовили желтые колобки и ели. То была страшная пища…. 

Дети собирали в поле колоски. Все собранное полагалось сдавать, а кто уносил домой, тех ловили, и в лучшем случае их стыдили на колхозных собраниях. У соседей было трое детей. Муж погиб на фронте. Когда пришел уполномоченный с распоряжением увести со двора корову – единственную кормилицу, женщина стала сопротивляться, тогда ее просто отшвырнули в сторону….

Дети работали с 5-6 лет, случались голодные обмороки. Трудились вместе со стариками и женщинами за похлебку, которая представляла собой следующее. В котле на 10 ведер варили несколько картофелин и 2-3 горсти ржаной муки. Солили это варево лизуном для скота. Если тебе в чашку попадал кусочек картошки, то это было большим счастьем. Весной и летом ели траву: черемшу, пучки, саранку, чеснок, лук полевой, солодку... Тогда было много сирот и беспризорников. 

Нам очень хотелось учиться, но с учебы часто снимали на работу. Многие работы были строго обязательны. Работать приходилось очень, очень много. 

Работа и голод, голод и работа – вот каким было детство тех мальчишек и девчонок. И дай Бог, чтобы люди не испытывали больше подобных лишений…». 

«Кировец», 4 мая 1995 года 

 «…Первое рацпредложение И.Д. Кобяков подал еще совсем юным мальчишкой и даже получил за него «гонорар». Война к тому времени только окончилась, мужиков не хватало, и ребятишки трудились на колхозных полях вместе со взрослыми. 

С нами работала тетя Маруся. И каждый вечер, возвращаясь домой, она уносила в ведерке немножечко супа своим ребятишкам. Причем всегда держала «посуду» в руках. И я сказал ей как-то: мол, повесь лучше это ведерко на крюк, что к телеге приделан. Она и послушалась на свою голову. Только отъехали, как наскочили на кочку, ведро угодило в спицы тележных колес. Разумеется, суп расплескался, само ведро всмятку. А я получил вилашками (так у нас назывались «двурогие» вилы) по мягкому месту. Такой вот «гонорар» за первое «рацпредложение». 

Но и после неудачного изобретательского дебюта пытливый ум Вани не знал ни покоя, ни отдыха. К примеру, не давало ему спокойно спать отсутствие культурной жизни в селе. Ни тебе кино, ни даже радио… И мальчишка решил… снимать «мультики». Ради такого дела не пожалел даже крупную брюкву (а время то было голодное). Из этой брюквы да пузырька с керосином сделал самодельный кинопроектор, и «киностудия» заработала. Свет от горящего керосина выходил наружу сквозь отверстие в брюкве и падал на противоположную стену. А перед отверстием я помещал вырезанные из картона фигурки односельчан – получился своеобразный театр теней, своего рода мультфильм. 

Впрочем, юному Ване довелось поработать и в «настоящем кинематографе».Он, можно сказать, «снимал» сатирическую программу про колхозную жизнь – своеобразный киножурнал «Фитиль». Мальчишка рисовал на пленке сатирические картинки про местных пьяниц и лодырей, и эту пленку показывали селянам перед киносеансом, когда в деревню приезжал передвижной кинотеатр. «За что и был бит не раз», - смеется Иван Демидович…». 

Газета «Неделя», 18 мая 2005 года 

Шиляев Вадим




Возврат к списку